четверг, 9 августа 2018 г.

Потомки английского короля Гарольда правили на Руси?

 

Потомки короля Гарольда правили на Руси?

 

Потомки короля Гарольда  правили на Руси?

Такие странные перекрещенья судеб в истории и жизни.

…В сражении при Гастингсе пал предводитель саксонцев — король Гарольд II (Harold II, 1022–1066). Тело Гарольда разыскала на поле боя его возлюбленная, о которой средневековые хронисты написали, что «Гарольд любил её ещё прежде, чем был выбран королём… Имя её было Эдит (Eadgyth), а прозвание — Красавица Лебединая Шея (Swanenhals)». Сопровождавшие Эдит монахи сплели из ветвей носилки и на них вынесли тело короля «с ужасного поля битвы». Медленно двигалась траурная процессия, «спускалась ночь, чернея, и шла за гробом своей любви Эдит Лебяжья Шея» (так написал Гейне в балладе «Поле битвы при Гастингсе»).

Дошедшие до нас сведения о детях последнего короля англосаксов весьма скудны. По-видимому, только Гите, младшей дочери Гарольда, было суждено продолжить род отца, да притом на русской земле.

Поскольку Гита (в скандинавской транскрипции Гида) принадлежала к датскому королевскому дому, о ней имеются сообщения в норвежских Королевских сагах: за её судьбой проследил знаменитый средневековый хронист Саксон Грамматик (Saxo Grammaticus, 1150-1220), написавший многотомное сочинение «Деяния датчан» (Gesta Danorum). Кое-что удалось выяснить и датскому историку XVII века Тормоду Торфею. Вот что нам известно о дочери короля Гарольда.

После смерти бабушки Гита уехала к своему дяде Свену Эстридсону (Ульфсону), королю Дании, и тот, как пишет Саксон Грамматик, «отечески оценив по заслугам благочестие и нежность девушки, своей родственницы, договорился о свадьбе с князем Владимиром…» Николай Михайлович Карамзин в «Истории государства Российского» убедительно доказал, что речь здесь шла о Владимире Мономахе (1053–1125), внуке Ярослава Мудрого, и в связи с этим особую роль в этом сватовстве, видимо, сыграла Елизавета Ярославна — тётка князя Владимира. Её первым мужем был норвежский король Гаральд Гардрада (Harald III Sigurdsson, Harald Hardraade или Hardrade, 1015–1066), о самоотверженной и романтической любви которого Алексей Константинович Толстой (1817–1875) написал балладу «Песня о Гаральде и Ярославне». После гибели Гардрады осенью 1066 года в битве при Йорке Елизавета Ярославна вторично вышла замуж — за короля Свена (Sven II Estridssen, 1018–1076) и, познакомившись с Гитой во время её пребывания в Дании, могла порекомендовать её в жены своему племяннику Владимиру Всеволодовичу.

На самом же деле Гиту привезли на Русь только в конце 1075 или в начале 1076 года, причём после того, как король Свен предпринял безуспешную попытку вернуть дочери короля Гарольда английский престол. Гита стала супругой Владимира Мономаха, и в 1076 году у неё родился сын Мстислав (умер в 1132 году), будущий великий киевский князь, который фигурирует в сагах под именем Гарольда — Гита назвала его в честь своего отца. Заметим, что в крещении Мстислав-Гарольд носил имя Феодор.

Князь Мстислав I от двух своих браков имел огромное потомство. Дочери его сочетались браками с иностранными принцами и давали начало новым династиям. Так Евпраксия, дочь Мстислава и его первой жены шведской принцессы Христины, стала женой греческого царевича Алексея I (Alexios Komnenos, около 1048-1118) — основателя династии Комнинов, правившей в 1081–1185 годах. Другая дочь, Ингеборга (Ingibiorg), вышла замуж за короля Дании Канута Лаварда (Knud Lavard, 1090–1131). Её сын, король Вальдемар I (Valdemar I of Denmark, 1131–1182), был назван в честь прадеда Владимира Мономаха, и с тех пор это имя фигурировало в родословных списках датской королевской фамилии.

Многие представители знатных родов России могли считать себя потомками короля Гарольда II. Как выяснили Андрей и Лариса Черкашины, к числу таковых относится, например, А.С. Пушкин: его прабабка Сарра Юрьевна Ржевская (1721–1790) происходила по прямой линии от бояр Ржевских, непосредственных потомков князя Мстислава Великого.

Что же касается Гиты, то о её дальнейшей судьбе мы почти ничего не знаем, так как через русскую историю она, подобно большинству княгинь и княжон, по выражению Ивана Михайловича Ивакина, «проходит какою-то невидимкою». Трудно утверждать категорически, кому из многочисленных детей Владимира Мономаха, кроме старшего сына, она приходилась матерью. Как известно, после Мстислава один за другим в период с 1076 по 1081–1082 годы появились на свет Изяслав (1077–1096), Святослав (1079–1114), Ярополк (1082–1139) и Вячеслав (1083–1154). По мнению историка Владимира Андреевича Кучкина, эти княжичи были погодками, а двое из них, возможно, даже были близнецами, так что, скорее всего, Гита была их матерью.

Заметим, что в русских летописях дважды упомянуто о смерти жён Мономаха: в 1107 и в 1126 году. Нас интересует запись от 7 мая 6615 (1107) года, сообщающая о смерти «Володимеряи» (то есть жены Владимира). О том же горестная заметка в «Поучении» Мономаха: «…и Гюргиева мати умре». О Гите ли тут идёт речь? Ещё одно подтверждение тому, что Гита была жива в самом конце XI века, приводит историк Александр Васильевич Назаренко, который обнаружил в Германии латинский текст XII века «Проповедь благочестивого Руперта» — настоятеля монастыря св. Пантелеймона в Кёльне.

Проповедь посвящена неизвестному прежде эпизоду из жизни князя Мстислава Великого, который был тяжело ранен на охоте медведем. Князь находился между жизнью и смертью, у его постели много дней сидела в печали его мать (Гита!), которая, как следует из рукописи, ещё раньше, до её приезда на Русь, вступила в обитель св. Пантелеймона в Кёльне почётным членом, делавшим вклады в монастырь. Считалось, что благодаря этому она и её дети находились под особым покровительством целителя Пантелеймона. И в критический момент этот святой явился раненому князю и вернул ему здоровье. Этот эпизод можно датировать 1097–1099 годами.

Итак, весьма вероятно, что Гита была матерью Юрия Долгорукого, и через него генеалогическая цепочка ведёт от короля Гарольда к Александру Невскому и славным московским князьям, в том числе к Дмитрию Донскому. При этом, ссылаясь на историков В.А. Кучкина и А. Горского, можно проследить также дополнительную генеалогическую линию от Мстислава к князьям московским: матерью Александра Невского была Феодосия Мстиславна, дочь Мстислава Удатного, прямого потомка князя Мстислава Великого.

по материалам журнала "Вокруг света"




понедельник, 23 июля 2018 г.

Папство и Россия: история дипломатических отношений...


Папство и Россия: история дипломатических отношений

Стартовой точкой в развитии современных отношений между Святым Престолом и Россией справедливо считается 1990 год. Это был год бурных перемен в политической и общественной жизни перестроечной России и предпоследний год существования СССР. Именно в этом году между двумя сторонами была достигнута договоренность о придании официального характера ватиканско-советским отношениям. Это историческое решение стало возможно благодаря другому эпохальному событию: первой и единственной в истории встрече Римского Понтифика и главы советского государства – Папы Иоанна Павла II и Президента СССР Михаила Сергеевича Горбачева. На этой встрече в Ватикане, состоявшейся 1 декабря 1989 года, то есть уже после крушения Берлинской стены, М.С. Горбачев официально пригласил Иоанна Павла II посетить СССР.

История политических и дипломатических контактов России со Святым Престолом восходит к истокам существования Русского государства. По летописному преданию уже в год крещения Руси (988 год) великий князь Киевский Владимир принимал послов Папы Иоанна XV. 

Постоянный характер контакты Московского государства со Святым Престолом приобретают с середины XIV века. В рамках этих отношений произошло такое судьбоносное событие в истории России как женитьба в 1472 году великого князя Московского Ивана III на византийской принцессе Софье (Зое), племяннице последнего византийского императора Константина XI Палеолога. Брак Софии, воспитывавшейся при Римском дворе, был предложен и благословлен Папой Павлом II. На протяжении всего XVI века преобладающей в контактах между Московским государством и Св. Престолом оставалась тема христианского единства государств Европы. Москву регулярно посещали посланцы пап Пия V и Григория XIII. Центральным эпизодом московско-ватиканских отношений при Иване IV Грозном и папе Григории XIII стало посредничество дипломатии Святого Престола в деле завершения Ливонской войны (1558 — 1583), в которой, наряду с Россией, участвовала Польша и Швеция. Благодаря дипломатическому посланцу Св. Престола иезуиту Антонио Поссевино в январе 1583 года был заключен Ям-Запольский мирный договор между Московским государством и Речью Посполитой.

Качественно новый характер контакты России со Св. Престолом приобрели при императоре Петре I, который дважды направлял представительные русские посольства в Рим (в 1698 и 1707 годах).  

Следующий этап дипломатических отношений между Россией и Св. Престолом начался в царствование императрицы Екатерины II, когда после первого раздела Польши (1772 год) и учреждения католического Могилевского архиепископства встала необходимость урегулирования положения Католической Церкви в Российской империи. Этим вопросам была посвящена деятельность нунция в Варшаве и апостольского легата Св. Престола в России Джованни Аркетти (1783-84). Последующие изменения в положении католических епархий в России и другие неотложные вопросы способствовали продолжению контактов между Св. Престолом и Россией в царствования императоров Павла I и Александра I (миссии нунция Лоренцо Литта, 1797-99, временного поверенного Джованни Бенвенути, 1799-1803, и нунция Томмазо Ареццо, 1803-04). Однако политические проблемы привели к высылке нунциев Л. Литта и Т. Ареццо и до 1816 года дипломатические контакты между Россией и Св. Престолом были прерваны. С июля 1816 между двумя государствами впервые установились постоянные дипломатические отношения. Российскую империи при Св. Престоле представляли в 1816-1864 годы видные русские дипломаты, однако симметричное дипломатическое представительство в Петербурге так и не было восстановлено. Вместе с тем необходимо отметить, что личные представители пап присутствовали при коронации российских императоров: архиепископ Лоренцо Литта — на коронации Павла I (1797 год), архиепископ Томмазо Бернетти — Николая I (1826 год), архиепископ Флавио Киджи —Александра II (1855 год), архиепископ Винценцо Ваннутелли — Александра III (1881 год), епископ Феликс Жульен Ксавье Журдан де ля Пассардьер – Николая II (1894 год).

В 1845 году император Николай I посетил Рим и встретился с Папой Григорием XVI. Важным итогом этого визита стало подписание 3.08.1847 конкордата между Св. Престолом и Россией. Тем самым была предпринята первая в российской истории попытка на межгосударственном уровне нормализовать положение Католической Церкви в империи. Однако политические последствия польского восстания в Российской империи 1863-1864 г.г. привели в 1866 году к разрыву конкордата и дипломатических отношений в целом между Святым Престолом и Россией. После длительных согласований в 1870-1880 годах дипломатические отношения между двумя государствами были восстановлены в 1894 году. В Риме действовало российское представительство, однако вопрос об открытии дипломатической миссии Святого Престола в Петербурге в то время так и не был решен. После февральской революции 1917 и крушения российской монархии на смену императорской дипломатической миссии при Святом Престоле пришло представительство Временного правительства, просуществовавшее до 1922 года.

С 1921 по 1928 годы между представителями Советской России и Святого Престола осуществлялись неофициальные контакты, в ходе которых обсуждались в том числе вопросы о о признании Св. Престолом РСФСР de jure и об урегулировании правового положения Католической Церкви в России. Однако они не дали положительных результатов.

Только с середины 1960-х контакты между Ватиканом и Советским Союзом приобрели регулярный характер. Этому во многом способствовала договоренность, достигнутая в 1967 о переводе советско-ватиканских контактов на «постоянный рабочий уровень». В 1960-е — 80-е годы министр иностранных дел СССР Андрей Громыко неоднократно встречался с Папами Павлом VI и Иоанном Павлом II в ходе визитов в Италию. А в феврале 1971 года в связи с оформлением присоединения Ватикана к Договору о нераспространении ядерного оружия Москву посетил глава Конгрегации по чрезвычайным церковным делам архиеп. Агостино Казароли.

Период перестройки, особенно после 1988 года, совпал со значительной активизацией советско-ватиканских политических контактов. Присутствие на торжественном праздновании 1000-летия Крещения Руси в 1988 году необычайно представительной делегации Католической Церкви во главе с Государственным секретарем Ватикана кардиналом А. Казароли, последующие встречи в Москве фактического главы СССР, Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева с Государственным секретарем Ватикана кардиналом А. Казароли и его заместителем архиепископом Анджело Содано в Москве, обмены личными посланиями между Папой Иоанном Павлом II и М. Горбачевым, положительные изменения в религиозной жизни в СССР ускорили процесс нормализации двусторонних отношений.

Встреча на высшем уровне Папы Иоанна Павла II и Президента СССР Михаила Горбачева 1 декабря 1989 года послужила тем краеугольным камнем, на котором возводилась новая архитектура ватиканско-российских отношений. 15.03.1990 стороны условились обменяться официальными представителями, соответственно в ранге апостольского нунция и чрезвычайного и полномочного посла. Первым официальным представителем Святого Престола в СССР, а затем и в Российской Федерации, стал архиепископ Франческо Коласуонно (1990-95, с 1998 — кардинал), а Советского Союза – посол Юрий Евгеньевич Карлов (1990-95). После Ю.Е. Карлова Россию в Ватикане представляли Вячеслав Васильевич Костиков (1995-96), Геннадий Васильевич Уранов (1996-2001), Виталий Яковлевич Литвин (2001-2005), Николай Иванович Садчиков (2005-2013). 11 января 2013 года указом Президента РФ В.В. Путина новым Чрезвычайным и полномочным послом России при Святом Престоле был назначен А.А. Авдеев. Он также представляет Российское государство при Суверенном Мальтийском ордене.

Ко времени своего назначения в Москву в 1990 году архиепископ Ф. Коласуонно в ранге апостольского нунция по особым поручениям возглавлял делегацию Святого Престола по постоянным рабочим контактам с Республикой Польша. Теперь же, в России, ему предстояло столкнуться с огромным количеством вопросов, на которые просто не существовало заранее подготовленных ответов. В доживавшем последний год своей истории Советском Союзе политическая ситуация изменялась буквально по неделям. Не уступала ей по темпам перемен и ситуация религиозная. С торжественного празднования 1000-летия Крещения Руси в 1988 году, т.е. в разгар «перестройки», начался процесс исторического возвращения православия в жизнь современной России. В 1990 году в тогдашнем СССР был принят новый закон «О свободе вероисповеданий», который давал представителям всех религиозных организаций гарантии невиданных еще в истории России свобод. Российские католики с огромным энтузиазмом принялись за возрождение собственной церковной жизни, почти полностью уничтоженной за десятилетия гонений. В этой ситуации на нунция Ф. Коласуонно ложилась грандиозная ответственность в выборе действенных и адекватных решений. Прежде всего ему предстояло решить вопрос о реорганизации церковного управления, восстановления церковных структур, а также осуществить поиски кандидатов, достойных исполнять высшие административные функции в возрождавшейся Католической Церкви в России. После нескольких месяцев интенсивной работы решение было принято, и 16 апреля 1991 года нунций объявил об учреждении трех новых апостольских администратур: Европейской части России в центром в Москве (архиеп. Т. Кондрусевич), Европейской части России с центром в Новосибирске (еп. И. Верт) и Карагандинской в Казахстане (еп. Я.П. Ленга). Эти преобразования стали действительно революционным событием в истории Католической Церкви на территории СССР. В то же время, принимая во внимание экуменический резонанс этого события и учитывая интересы Русской Православной Церкви, по предложению нунция было решено назначить не постоянных епископов, а формально определить их должности как временных апостольских администраторов. Тем не менее, Православная Церковь совсем иначе восприняла эти преобразования и истолковала происходящее как «не согласованный с ней шаг» и проявление «католического прозелитизма». Неожиданно проявившуюся напряженность в отношениях между Католической и Православной Церквами в истории позднего СССР во многом усугубляла «проблема униатизма». Именно так православный мир, и не только РПЦ, называл процесс восстановления Украинской Греко-Католической Церкви, запрещенной при советском режиме. В этом отношении представители Московского Патриархата заняли жесткую позицию, осуждавшую «разгром» униатами православных епархий на Западной Украине. Даже сейчас, по прошествии многих лет, еще трудно дать взвешенную и объективную оценку тем бурным событиям. Однако ясно одно – буквально с первых шагов дипломатической миссии Святого Престола в постперестроечной России пришлось действовать в сложной и непредсказуемой ситуации, резко переставившей акценты в православно-католическом диалоге.

Политический конец СССР и образование ельцинской Российской Федерации в конце 1991 никак не снизили темпа развития межгосударственных отношений между Святым Престолом и Россией. Уже в декабре 1991 Святой Престол официально признал новую демократическую Россию и заявил о своей готовности продолжать с РФ «официальные и дружеские отношения». Назначенные еще в 1990 дипломатические представители сохранили свои посты, а между двумя государствами установилась практика регулярных двусторонних консультаций на уровне глав внешнеполитических ведомств и их заместителей. 20 ноября 1991 Президент Российской Федерации Б.Н. Ельцин посетил Ватикан и встретился с Папой Иоанном Павлом II. Главной темой при обсуждении содержания двухсторонних отношений стали вопросы религиозной свободы в новой России. В то же время как с российской, так и с ватиканской стороны постоянно демонстрировалась заинтересованность в более полном использовании возможностей взаимопонимания и взаимодействия Св. Престола и России в деле укрепления международного и общеевропейского сотрудничества, особенно при урегулировании международных конфликтов. Солидарная позиция обеих сторон была также заявлена в целях преодоления таких негативных явлений в международной жизни как воинствующий национализм, межэтнические и межрасовые конфликты, ксенофобия, международный терроризм и разделение мира на богатые и бедные страны.

Дипломатическая миссия следующего представителя Святого Престола в РФ архиепископа Джона Буковски (1995-2000) продолжила основные направления деятельности по координации процесса восстановления структур Католической Церкви в России. Особую сложность во взаимоотношениях с российскими государственными органами представляло согласование конкретных юридических вопросов, затрагивающих различные аспекты жизнедеятельности Католической Церкви. В то же время во внутриполитической жизни России обозначились новые тенденции, в контексте которых происходило переосмысление правовой модели религиозной свободы в стране. Летом 1997 года на обсуждение в Государственной Думе был вынесен новый законопроект «О свободе совести и о религиозных объединениях». Этот законопроект резко контрастировал с основными положениями закона 1990 года и существенным образом ограничивал юридические гарантии религиозных свобод для «иностранных религиозных организаций». Наряду с некоторыми политиками и представителями религиозных организаций с аргументированной критикой готовящегося закона в Государственной Думе выступили и представители российских католиков. Их позицию поддержал Папа Иоанн Павел II, который счел необходимым направить личное послание Президенты РФ Борису Ельцину. В этом послании Папа выразил озабоченность Святого Престола в том, что отдельные статьи нового законопроекта, ограничивающие в России свободы некоторых исповеданий, включая Католическую Церковь, расходятся с принятыми Россией международными обязательствами. Учитывая в том числе и позицию Святого Престола, Президент Ельцин наложил вето на принятый в июне 1997 вариант закона. Этот шаг главы Российского государства был с одобрением встречен нунцием Дж. Буковски. Окончательное принятие нового закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» в сентябре 1997 года потребовало от представителя Святого Престола в России решительности и в то же время осмотрительности в ходе интенсивных переговоров с представителями государственных структур и других религиозных организаций.

Накал дискуссий вокруг принятия нового закона и личное вмешательство Папы Иоанна Павла II никак не снизили взаимного доверия в развитии ватикано-российских отношений. 2 февраля 1998 года состоялась вторая встреча Папы Иоанна Павла II и Президента России Бориса Ельцина, в ходе которой обсуждалась политическая и религиозная ситуация в России, подготовка к празднованию Великого Юбилея 2000 года, а также вопросы укрепления мира и пути преодоления кризисных ситуаций.

Следующая дипломатическая миссия представителя Святого Престола в Москве архиепископа Георгия Цура (2000-2002) пришлась на наиболее сложный период как в современной истории Католической Церкви в России, так и в развитии православно-католических отношений и межгосударственных российско-ватиканских контактов. 11 февраля 2002 года решением Святого Престола четыре прежде существовавшие в России апостольские администратуры были преобразованы в постоянные епархии. Это акт, направленный на нормализацию положения Католической Церкви в России, неожиданно встретил крайне острую реакцию не только Московского Патриархата, но и представителей государственных органов и ряда общественных организаций. Официальные представители Русской Православной Церкви (включая Патриарха Алексия II) охарактеризовали учреждение католических епархий как «открытое признание своих миссионерских интересов на канонической православной территории». Со своей стороны российский МИД сделал беспрецедентное заявление о том, что «такое важное решение было принято без должного учета мнения российской стороны» и рекомендовал Святому Престолу «воздержаться в настоящий момент от преобразования апостольских администратур в епархии и урегулировать его с Русской Православной Церковью».

Дальнейшие события 2002 года стали серьезным испытанием и для диалога между Русской Православной и Католической Церквами, и для развития политико-дипломатических отношений между Святым Престолом и РФ. В результате разразившегося в 2002 году кризиса из России были высланы 5 католических священнослужителей-иностранцев (включая епископа Ежи Мазура), официальные отношения между Католической Церковью и Русской Православной Церковью официально заморожены, а дипломатические усилия представителя Святого Престола в Москве не приносили никаких результатов в разрешении возникших проблем. Этот кризис, который в определенном смысле можно было назвать системным, потребовал не только напряженных усилий для защиты интересов Католической Церкви в России, но и стал весомым поводом для переосмысления комплекса отношений с государственными органами РФ и главное – путей развития диалога с Русской Православной Церковью.

Однако в целом события 2002 года не нарушили общего хода российско-ватиканских отношений. Первая встреча нового Президента России В.В. Путина с Папой Иоанном Павлом II состоялась 5 июня 2000 года в Ватикане, во время одной из первых зарубежных поездок нового главы Российского государства. Вторая встреча на высшем уровне между Путиным и Иоанном Павлом II произошла 5 ноября 2003 года. После кончины Понтифика, в соболезновании, направленном декану Коллегии кардиналов Й. Ратцингеру, Путин охарактеризовал Иоанна Павла II как «выдающегося деятеля современности», а его пастырское служение оценил как «направленное на укрепление духовных и нравственных начал в жизни человека».
Поиск путей выхода из кризисного состояния 2002 года стал главной задачей дипломатической миссии Святого Престола в России, которую возглавил в 2002 году архиепископ Антонио Меннини. Постепенное восстановление кредита доверия в православно-католических отношениях путем рабочего обсуждения и решения существующих проблем, дальнейшее обеспечение правовых гарантий в свободной деятельности Католической Церкви в России, развитие политико-дипломатических контактов между Святым Престолом и РФ во всех областях, представляющих взаимный интерес – эти направления стали приоритетами в деятельности Представительства Святого Престола за последние годы. Свидетельством значительного прогресса православно-католических отношений явилось награждение в 2007 году Патриархом Алексием II Представителя Святого Престола в России православным орденом святого благоверного князя Даниила Московского III степени «во внимание к трудам в деле налаживания добрых отношений между Русской Православной и Римско-Католической Церквами и в связи с 60-летием со дня рождения». В то же время межгосударственные ватикано-российские отношения обрели новую динамику. После первой встречи Президента РФ В. Путина с новым Папой Бенедиктом XVI, состоявшейся в Ватикане 13 марта 2007 года, в коммюнике пресс-службы Святого Престола двухсторонние отношения были охарактеризованы как «сердечные», также было отмечено стремление обеих сторон к их дальнейшему развитию – в том числе и в области культуры.

В ходе визита в Москву в марте 2009 года секретарь Святого Престола по отношениям с государствами архиепископ Доминик Мамберти отметил то важное значение, которое Святой Престол неизменно придает отношениям с Россией «как потому, что Российская Федерация находится на первом плане геополитической картины мира, так и в силу созвучия, по целому ряду пунктов, позиций России и Святого Престола на многочисленных международных форумах». Эта солидарность позиций Святого Престола и России раскрывается прежде всего в подходе к вопросам сохранения мира на Земле, сотрудничества между народами и диалога между культурами, по проблемам бедности и голода, защиты человеческой жизни и семьи, борьбы за свободу вероисповедания, развития биогенетических исследований в соотношении с достоинством человеческой личности, начиная с первого момента её существования.

3 декабря 2009 года состоялась встреча на высшем уровне между Президентом РФ Дмитрием Медведевым и Папой Бенедиктом XVI. Это событие стало закономерным завершением целого этапа постсоветской истории российско-ватиканских межгосударственных отношений. Того этапа, который был открыт равно 20 лет назад исторической встречей Папы Иоанна Павла II и Михаила Горбачева. В свою очередь российско-ватиканский summit 2009 года открыл перспективы XXI века. Принятое на этой встрече решение об установлении полномасштабных дипломатических связей между Святым Престолом и Российской Федерацией на уровне посольств подчеркнуло важность этого политико-дипломатического сотрудничества для каждой из сторон. Соответственно на новый уровень было поднято и обсуждение ряда важных вопросов, которые не только представляют обоюдный интерес, но по которым у России и Святого Престола существует очевидное созвучие в подходах. Last but not least. Повышение уровня российско-ватиканских дипломатических отношений до уровня посольств послужило добрым знаком того, что и в официальном диалоге с Православной Церковью Святой Престол вошел в новый и долгожданный этап многостороннего сотрудничества и взаимопонимания.
С 19 февраля 2011 года Святой Престол в России представляет Апостольский нунций, архиепископ Иван Юркович (верительные грамоты вручены Президенту Д.А. Медведеву 14 июля 2011 года).